Хулио Кортасар «Выигрыши»: пересказ, анализ романа, герои, темы и символика

Роман «Выигрыши» (в оригинале «Los premios», 1960) — первое крупное прозаическое произведение Хулио Кортасара, книга, которую сам автор называл «ученической», но которая при этом уже несёт в себе все фирменные черты его уникального художественного мира: игру случая, тревожное ощущение скрытой изнанки реальности, ироничное исследование человеческого сообщества и предчувствие той метафизической глубины, которая через три года выльется в великую «Игру в классики». Для читателя, знакомого с Кортасаром по «Игре в классики» или рассказам вроде «Южного шоссе» и «Воспалённого мозга», «Выигрыши» станут неожиданным открытием: это самый «классический», самый социально-конкретный роман аргентинского писателя, почти сатирическая комедия нравов, которая, однако, незаметно перерастает в притчу о судьбе, свободе и смысле игры, которую люди называют жизнью.

В этой статье мы подробно перескажем сюжет романа, разберём его структуру, ключевых персонажей, символику и философские идеи, поместим книгу в историко-политический контекст Аргентины рубежа 1950–1960-х годов и сформулируем практические выводы, которые современный читатель может извлечь из этого удивительного текста.

Об авторе и контексте создания романа

Хулио Кортасар (1914–1984) — аргентинский писатель, один из главных творцов латиноамериканского «литературного бума» наряду с Габриэлем Гарсиа Маркесом, Марио Варгасом Льосой и Карлосом Фуэнтесом. Родившийся в Брюсселе в семье аргентинского дипломата, выросший в Буэнос-Айресе, преподаватель литературы и переводчик (среди прочего — всего прозаического собрания Эдгара Аллана По на испанский), Кортасар в 1951 году эмигрировал в Париж, протестуя против режима Хуана Доминго Перона. Именно в Париже он написал большую часть своих произведений, и «Выигрыши» не исключение: роман создавался во второй половине 1950-х годов и вышел в свет в 1960-м в Буэнос-Айресе, в издательстве Sudamericana, за три года до «Игры в классики».

Важно понимать атмосферу, в которой рождалась книга. В 1955 году режим Перона пал в результате военного переворота, Аргентина вступила в период так называемой «Освободительной революции» — эпоху политически нестабильную, когда перонизм был запрещён, но общество оставалось глубоко расколотым. Кортасар писал роман из добровольного изгнания, глядя на родину с дистанции, и эта дистанция позволила ему создать удивительно точный групповой портрет аргентинского общества — от мелкой буржуазии и провинциальных обывателей до полуанархичной богемной интеллигенции. Позже сам Кортасар критически отзывался о романе, считая его слишком «социологичным», чересчур озабоченным точным отображением аргентинских типов и реалий. Однако литературоведы сегодня видят в этом «недостатке» достоинство: «Выигрыши» — редкий у Кортасара случай книги, где социальная сатира, экзистенциальная философия и метафизическая притча сплетены воедино.

Завязка: лотерейный клуб и бесплатный круиз

Сюжет романа предельно прост в своей основе и бездонен в своих смыслах. Некий лотерейный клуб «Трехфазной лотереи» провинции Санта-Фе разыгрывает путёвки в морское путешествие по Средиземному морю. Группа абсолютно разных, никак не связанных между собой людей выигрывает билеты на круиз — и вот уже в один из вторников они собираются в кафе «Лондон» на улице Флорида в центре Буэнос-Айреса, чтобы получить свои документы и познакомиться с попутчиками. Эта сцена — своего рода экспозиция всего будущего микросоциума: Кортасар мастерски, несколькими штрихами, представляет каждого персонажа и уже намечает линии будущих притяжений и конфликтов.

Среди пассажиров будущего лайнера — поэт Персио Лопес, мечтатель и философ-дилетант, сочиняющий загадочную книгу о «Великой Мусорщице» (La Gran Garufa) — метафизическом принципе хаоса и игры, который он исповедует; его сестра Клаудия, путешествующая вместе с Аттилио Пресатти, простым и жизнерадостным поклонником бокса; красавица Паула Норьега с шестнадцатилетним племянником Лусио, который тайно и мучительно влюблён в тётю; биржевой маклер и записной дамский угодник Фелипе Трехо; бухгалтер Медрано, страстный шахматист, человек рациональный и сдержанный; семейство Берналь во главе с эксцентричной доньей Мануэлой — вульгарной, властной и комичной дамой, её легкомысленной дочкой Бебой и престарелым доном Гало, вечно увивающимся вокруг девушки; семейство Скьяво — разведённая Нора, её бывший муж Рауль и её суеверная мать донья Росита, панически боящаяся тринадцатого номера; похотливый доктор Рестелли, графиня с загадочным прошлым, клаустрофобично-аристократичная и капризная; молодожёны, простые люди из предместья… Словом, целый срез аргентинского общества, который случайность (или всё-таки не случайность?) собрала вместе.

Уже здесь Кортасар закладывает главный мотив книги: выигрыш как чистая случайность. Никто из героев не «заслужил» это путешествие; они просто вытянули счастливые билеты. Но именно эта незаслуженность дара запускает цепь событий, которая обнажит истинную природу каждого. Лотерея — идеальная модель абсурдности человеческого существования: награда падает с неба, а дальше всё зависит от того, как ты ею распорядишься.

Путешествие на «Малькольме»: корабль как модель мира

На следующий день победители поднимаются на борт лайнера «Малькольм» — не слишком роскошного, с британской командой, несколько обшарпанного судна, которое должно доставить их через Атлантику к берегам Средиземноморья. С этого момента пространство романа сжимается до размеров корабля, и «Малькольм» превращается в классическую литературную модель мира — замкнутый микросоциум, где все социальные маски, все привычки и характеры оказываются под микроскопом вынужденного сосуществования. Кортасар использует приём, имеющий давнюю традицию (от «Корабля дураков» Себастьяна Бранта до «Смерти в Венеции» и «Кораблекрушения „Джонатана“»»), но наполняет его совершенно новой, игровой и одновременно тревожной энергией.

Почти сразу выясняется странная особенность путешествия: на носовой части судна находится запретная зона — огороженный сектор, куда пассажирам вход строго воспрещён. По кораблю ползут смутные слухи: то ли там перевозят больных какой-то инфекцией, то ли контрабанду, то ли просто команду. Никаких внятных объяснений не даёт ни капитан-англичанин, флегматичный и малоразговорчивый, ни стюарды. Запретная зона становится центральной загадкой романа, его «чёрной дырой», которая постепенно притягивает к себе внимание и желания пассажиров. Именно вокруг неё развернётся главный конфликт финала.

Первые дни: образование группировок

Первые сутки плавания проходят в лёгкой, почти курортной атмосфере. Пассажиры знакомятся, флиртуют, играют в палубные игры, пьют коктейли. Трехо немедленно начинает охоту за женщинами — его внимание переключается с Клаудии на Бебу Берналь, и эта линия даёт Кортасару повод для множества блестящих сатирических сцен. Рауль Скьяво, оказавшись на одном корабле с бывшей женой Норой, пытается то ли возобновить отношения, то ли просто скрасить скуку; между ними и Паулой Норьегой возникает сложная эмоциональная геометрия. Персио Лопес ведёт длинные полуироничные-полусерьёзные разговоры о «Великой Мусорщице», о судьбе, о том, что путешествие — это метафора жизни, и шокирует попутчиков своей философией радостного хаоса. Медрано находит партнёра по шахматам в лице одного из офицеров или пассажиров, и шахматные партии становятся вторым, параллельным сюжетом романа — моделью рационального освоения мира в противовес персиевской иррациональности.

Постепенно на корабле crystallлизуются две группы. Первая — «команда» (cuadrilla, «квадрилья», «шайка»), стихийное братство молодых и относительно свободных духом: Персио, Медрано, Рауль, Трехо, юный Лусио и примкнувший к ним аргентинский кочегар Хорхе, член экипажа, земляк, который становится для группы проводником в закулисье корабельной жизни. Вторая группа — «солидные» пассажиры: семейство Берналь, графиня, доктор Рестелли, пожилые дамы, — те, кто довольствуется расписанием, коктейлями и сплетнями и кто воплощает инертное большинство любого общества. Кортасар не идеализирует «квадрилью»: её members тоже полны противоречий, тщеславия и страхов, но именно они оказываются способны на поступок, на нарушение запрета, на выход за рамки предписанного маршрута.

Лусио и Паула: роман воспитания

Одна из самых тонких линий романа — история шестнадцатилетнего Лусио, племянника Паулы Норьеги. Мальчик переживает мучительное взросление: он влюблён в собственную тётю — чувство запретное, смутное, смешанное с обожанием и ревностью. Кортасар описывает его внутренний мир с поразительной психологической точностью: ночные терзания, вспышки агрессии к мужчинам, которые смеют разговаривать с Паулой, попытки доказать себе и другим собственную взрослость. Лусио тянется к «квадрилье», но одновременно стыдится её грубости; он хочет быть мужчиной, но не знает, что это значит. В финале его линия получает символическое разрешение: участие в ночной вылазке в запретную зону становится для него настоящим — пусть и горьким, пусть и кровавым — посвящением во взрослую жизнь, где игра внезапно оборачивается реальностью, а реальность оказывается опасной.

Чай, коктейли и лестницы: архитектура повествования

Роман структурно разделён на части, соответствующие дням недели — от вторника (пролог в Буэнос-Айресе) до субботы, когда происходит развязка. Между собой главы связаны сквозными лейтмотивами: повторяющиеся сцены коктейлей и пятичасового чая, за которыми пассажиры обмениваются новостями и ядом сплетен; образы лестницы и спирали, вынесенные в названия разделов. Лестница у Кортасара — вертикальная ось корабля-мира, путь вверх и вниз по социальной и метафизической вертикали; спираль — образ повторяющегося, закручивающегося движения к центру, к той самой запретной зоне, к разгадке. Эти архитектурные мотивы заранее подготавливают читателя к «Игре в классики» с её спиралью-мандалой и идеей «киббуца» — духовного братства избранных.

Кульминация: ночь, запретная зона, выстрел

Напряжение растёт день ото дня. Запретная зона не даёт покоя «квадрилье»: там, за перегородкой, будто скрыта какая-то тайна, разгадав которую можно понять смысл всего путешествия. Кочегар Хорхе, знающий корабль изнутри, подговаривает друзей устроить ночную вылазку. В последнюю ночь плавания перед средиземноморским финалом группа отправляется на нос — и здесь роман совершает свой главный жанровый поворот: из светской сатиры он превращается в почти сюрреалистический триллер с абсурдистским финалом.

Вылазка оканчивается хаосом. Пассажиры нарушают запрет, экипаж поднимает тревогу, капитан отдаёт приказы, вспыхивает потасовка в темноте между «бунтовщиками» и командой. Персио получает удар, его сбивают с ног. В неразберихе гремит выстрел — и Рауль Скьяво оказывается ранен. Кочегар Хорхе, единственный, кто сохраняет присутствие духа и человеческое достоинство в этой гротескной сцене, выносит раненого товарища на руках. Никакой разгадки тайны запретной зоны читатель не получает: Кортасар сознательно лишает роман «разоблачения», потому что тайна здесь — не сюжетный приём, а философская категория. Смысл не в том, что скрывается за перегородкой, а в самом жесте её преодоления и в цене, которую за этот жест приходится платить.

Финал романа глубоко элегичен. Путешествие продолжается, раненый Рауль приходит в себя, пассажиры разъезжаются по своим судьбам. Персио и Паула ведут последний разговор — о «Великой Мусорщице», о том, что выигранный билет был шансом на преображение, и о том, что большинство этот шанс упустило, променяв его на коктейли и мелкие интрижки. Роман оставляет ощущение горькой открытости: игра сыграна, но правила так и остались непонятны, а выигрыш оказался испытанием, которое мало кто выдержал.

Галерея персонажей: срез общества в миниатюре

Персио Лопес — безусловный интеллектуальный центр романа, alter ego молодого Кортасара. Поэт-неудачник, носитель философии «Великой Мусорщицы» — иронической космологии, согласно которой миром правит не Бог и не разум, а некий весёлый и безжалостный принцип случайности и хлама. Персио одновременно смешон (его тирады раздражают попутчиков) и трагичен: он единственный, кто всерьёз воспринимает путешествие как метафизическое событие. Его теория игры — прямой пролог к философии Орасио Оливейры из «Игры в классики».

Паула Норьега — самая глубокая женская фигура книги. Красивая, умная, ироничная, она балансирует между ролью опекунши влюблённого племянника, объектом ухаживаний Рауля и собеседницей Персио. Паула — редкий у Кортасара образ женщины, способной понять игру, но предпочитающей остаться на берегу; её финальные диалоги с Персио полны невысказанной печали о нереализованных возможностях.

Медрано — шахматист, человек порядка и расчёта. Его партии — символ попытки обуздать хаос жизни рациональными средствами. Кортасар ведёт с ним тонкую игру: Медрано выигрывает на доске, но проигрывает в жизни, оставаясь сторонним наблюдателем. Через него в роман входит тема двойника и отражения — излюбленная тема писателя.

Донья Мануэла Берналь и её окружение — вершина кортасаровской социальной сатиры. Вульгарная, громогласная, одержимая статусом дама, её жеманная дочь Беба и жалкий поклонник дон Гало образуют комедийный триумвират, в котором узнаётся целое сословие — разбогатевшая провинциальная буржуазия, уверенная, что счастье можно выиграть в лотерею и купить за деньги. Их линия — горькая насмешка над самой идеей «выигрыша» как жизненной стратегии.

Рауль и Нора Скьяво — разведённая пара, чьи отношения полны невысказанных обид и остатков чувства. Рауль, импульсивный и в сущности добрый, оказывается единственным, кто платит кровью за попытку выйти за границы разрешённого. Его ранение — символическая жертва, которую общество приносит всякий раз, когда кто-то осмеливается нарушить запрет.

Кочегар Хорхе — скромный герой романа, человек из машинного отделения, «простой аргентинец». Именно он, а не интеллектуалы, совершает подлинно достойный поступок, вынося раненого из-под огня. Через этот образ Кортасар, при всей своей иронии к перонистскому популизму, отдаёт дань уважения трудовому народу — единственной силе, сохраняющей в романе нравственное здоровье.

Доктор Рестелли, графиня, донья Росита, Пресатти, Клаудия — фигуры второго плана, каждая из которых выполняет свою функцию в социальной панораме: похотливый профессионал, увядающая аристократка, суеверная обывательница, простодушный любитель бокса, мечущаяся между долгом и страстью молодая женщина. Вместе они создают эффект «человеческой комедии» в миниатюре.

Ключевые идеи и темы романа

Случайность, выигрыш и незаслуженный дар

Центральная философская тема книги вынесена в заглавие. Выигрыш в лотерею — чистая случайность, не вознаграждение за труд или добродетель. Кортасар задаёт вопрос: что человек делает с незаслуженным даром? И отвечает: почти все — ничего. Круиз, который мог бы стать путешествием к себе, оборачивается для большинства пассажиров удлинённой версией их привычного быта: те же сплетни, те же интриги, та же скука, только на воде. Лишь немногие — Персио, отчасти Рауль, отчасти Лусио — воспринимают выигрыш как вызов, как приглашение к игре по-крупному. Это глубоко экзистенциалистская мысль в духе Камю и Сартра, которых Кортасар прекрасно знал: жизнь — лотерейный билет, абсурдный дар, и достоинство человека определяется тем, как он играет эту навязанную ему игру.

Запретная зона: метафизика границы

Огороженная часть корабля — один из самых запоминающихся образов в творчестве Кортасара. Это и политическая аллегория (запретное знание, цензура, изгнанная из общества правда), и метафизический символ (та изнанка реальности, которая одновременно манит и ужасает), и психологический образ (вытесненное бессознательное сообщества). Важно, что Кортасар никогда не объясняет, что именно там находится. Эта принципиальная неразгаданность роднит «Выигрыши» с лучшими образцами литературы абсурда: тайна не имеет содержания, тайна — это форма, структура, вокруг которой организуются желания и страхи людей. Нарушение запрета приводит не к знанию, а к насилию — и это, пожалуй, самая горькая мысль романа.

Игра как способ существования

Почти всё в романе так или иначе игра: лотерея, шахматы Медрано, флирт Трехо, светские ритуалы коктейлей и чаепитий, философские импровизации Персио, наконец — сама вылазка в запретную зону, задуманная как игра и обернувшаяся кровью. Кортасар исследует тонкую границу между игрой и серьёзностью, между «как будто» и подлинностью. Его герои делятся на тех, кто играет всерьёз (Персио), тех, кто всерьёз изображает игру (светские персонажи), и тех, кто вообще не играет, а лишь потребляет (семейство Берналь). Роман утверждает парадоксальную мысль: только игра — шахматная, поэтическая, любовная — делает человека по-настоящему живым, но игра опасна, и ставка в ней иногда оказывается настоящей.

Сообщество и одиночество

Корабль — место вынужденной общности. Кортасар с микроскопической точностью показывает, как быстро случайная группа людей воспроизводит все пороки большого общества: иерархии, коалиции, изгоев, сплетни, ритуалы, табу. «Квадрилья» — попытка создать подлинное братство, коммуну свободных людей, — оказывается хрупкой и не выдерживает столкновения с институтом (экипажем, капитаном, порядком). Эта тема будет развито продолжена в «Игре в классики» через образ кибуца и в «Книге Мануэля» — но впервые она с такой силой заявлена именно в «Выигрышах».

Символика: вода, спираль, шахматы

Корабль и море — универсальная метафора жизни как путешествия, восходящая ещё к античности. Но у Кортасара она осложнена иронией: его «корабль жизни» — посредственное судно со скучающими пассажирами, и величие океана лишь оттеняет мелкость человеческих занятий на палубе. Плавание между двумя точками (отплытие — прибытие), оторванное от привычной земли, создаёт «время вне времени», пространство карнавала и испытания одновременно.

Лестница и спираль — сквозные структурные образы. Лестница — социальная вертикаль корабля: палубы первого класса, каюты, трюм и машинное отделение, где трудится Хорхе. Спираль — движение сюжета, каждый виток которого возвращает героев к тем же ситуациям на новом уровне напряжения. В финале спираль сжимается вокруг запретной зоны — точки, куда стягиваются все линии повествования.

Шахматы — символ рациональной игры с закрытыми правилами, антипод «Великой Мусорщицы» Персио с её открытым, непредсказуемым хаосом. Противостояние шахматной логики Медрано и лотерейной философии Персио — это спор двух моделей понимания мира, который Кортасар ведёт через весь роман и оставляет неразрешённым.

Великая Мусорщица — самое оригинальное мифологическое создание книги. Полуженское-полукосмическое божество хлама, случая и абсурда, о котором Персио сочиняет свою поэму. Это ироническая пародия на теодицею: миром правит не Провидение, а весёлая уборщица, перемешивающая отбросы бытия, из которых иногда — по чистой случайности — складываются выигрышные билеты и человеческие судьбы.

Стиль и повествовательная техника

«Выигрыши» написаны в манере, заметно отличающейся от позднего Кортасара. Это роман с сильной реалистической и сатирической основой, с подробными диалогами, речевыми характеристиками персонажей, где каждый говорит на своём социальном языке: пошловатый жаргон Бебы, высокопарные тирады Персио, деловитые реплики Медрано, суеверные причитания доньи Роситы. Кортасар виртуозно владеет техникой многоголосия: роман строится как монтаж сцен, разговоров, внутренних монологов, и повествователь свободно скользит между точками зрения, оставаясь при этом ироничным и отстранённым.

Одновременно в текст встроены элементы, предвещающие будущие эксперименты писателя: философские эссе Персио, вставные рассуждения о природе случая и игры, сюрреалистическая атмосфера финала, leitmotif’ы лестницы и спирали. Жанрово роман балансирует между комедией нравств, романом воспитания (линия Лусио), философским диалогом и притчей. Именно это жанровое многообразие делает «Выигрыши» такими увлекательными и одновременно такими неоднозначными для критики.

Политическое прочтение: Аргентина на корабле

Хотя Кортасар настаивал на аполитичности романа, аргентинские читатели 1960 года безошибочно узнали в «Малькольме» свою страну. Расколотое на враждующие группировки общество, запретная зона, о которой все шепчутся, но никто не знает правды; капитан-иностранец, отчуждённый и непонятный; инертное большинство, довольствующееся коктейлями, пока меньшинство рискует; наконец, выстрел в того, кто посмел нарушить запрет, — всё это читалось как прозрачная аллегория Аргентины эпохи «Освободительной революции» с её запретами, цензурой и расколом. Перонизм был вне закона, само имя Перона — табуировано: «запретная зона» романа идеально соответствовала этому политическому опыту.

Любопытна и фигура самого Кортасара: эмигрант, пишущий об аргентинском обществе с парижской дистанции, он воспроизводит на страницах тот самый микрокосм соотечественников, от которого бежал, — и одновременно выносит ему приговор, смешивая сатиру с нежностью. Корабль никуда не приплывёт к «новой земле»: Средиземноморье — лишь туристическая декорация, а подлинное путешествие так и не состоялось для большинства. Это горький диагноз целому поколению.

Практические выводы: чему «Выигрыши» учат современного читателя

1. Незапрошенный шанс — это вызов, а не подарок. Главный урок романа: выигрыш (в лотерею, в карьере, в любви) ничего не меняет сам по себе. Меняет то, что человек делает с выпавшей возможностью. Большинство пассажиров «Малькольма» прожили круиз так же, как прожили бы любой другой день, — и вернулись домой ровно такими же. Умение распознать в случайности приглашение к переменам — редкий и ценный навык.
2. Сообщество воспроизводит себя везде. Поместите любую группу людей в замкнутое пространство — и они за считанные дни воссоздадут иерархии, коалиции, ритуалы и изгоев. Понимание этой механики помогает осознанно выбирать, в какие «игры» сообщества вы играете и стоит ли играть в них вообще.
3. Запретное притягивает сильнее, чем стоит. Запретная зона «Малькольма» оказалась не сокровищницей, а источником хаоса и насилия. Это не значит, что границы не надо проверять, — но проверять их нужно с открытыми глазами, понимая возможную цену. Лусио заплатил за посвящение разочарованием, Рауль — кровью.
4. Игра — серьёзное занятие. Урок Персио: способность играть — не инфантильность, а высшая форма человеческой свободы. Но у каждой игры есть точка, где ставка становится реальной, и зрелость состоит в том, чтобы знать, где эта точка находится.
5. Рациональность и хаос — два необходимых инструмента. Ни шахматы Медрано, ни «Великая Мусорщица» Персио по отдельности не дают ключа к жизни. Истина, как всегда у Кортасара, в напряжении между порядком и случаем, в умении жить на этом пограничье.
6. Простые поступки важнее красивых теорий. Пока интеллектуалы спорят о природе мироздания, кочегар Хорхе выносит раненого из-под огня. Роман ненавязчиво, но твёрдо расставляет приоритеты: достоинство проверяется не словами, а действием.
7. Взросление — это утрата иллюзий о взрослости. Линия Лусио показывает: инициация не приносит ясности. Взрослый мир оказывается не загадочным и величественным, а нелепым и жестоким, — и всё же именно принятие этой правды делает человека взрослым.

Критическая судьба и значение романа

При публикации «Выигрыши» получили сдержанно-благожелательные отзывы: критика отмечала блестящие диалоги, точность социальных портретов и свежесть интонации, но упрекала роман в растянутости и некоторой вторичности фабулы. Сам Кортасар впоследствии относился к книге самокритично, считая её подготовительным этапом к «Игре в классики». Однако именно эта подготовительность и составляет ценность романа для понимания всего творчества писателя: здесь впервые в полную силу звучат темы игры, случая, замкнутого сообщества, поиска «киббуца», запретной изнанки реальности — все те мотивы, которые сделают Кортасара одним из самых читаемых авторов Латинской Америки.

Сегодня «Выигрыши» занимают достойное место в корпусе кортасаровской прозы как своеобразный мост между традиционным латиноамериканским романом и авангардными экспериментами 1960-х. Для начинающего читателя Кортасара это, возможно, лучшая точка входа: сюжет увлекателен, юмор доступен, а философский слой не требует знакомства со всей мифологией писателя. Для искушённого же читателя роман — удовольствие иного рода: возможность наблюдать, как рождается большой стиль, как в почти классической форме проступают черты будущей революции «Игры в классики».

Заключение: круиз, который не заканчивается

«Выигрыши» — книга об обманутом ожидании и о том, что подлинное путешествие всегда происходит не там, где его ищут. Пассажиры «Малькольма» пересекали океан, но так и не сдвинулись с места; лишь немногие — раненый Рауль, повзрослевший Лусио, вечно ироничный Персио — вернулись на берег иными. Кортасар не даёт утешительных ответов и не объясняет свою главную тайну: он оставляет читателя перед закрытой дверью запретной зоны с ощущением, что за ней может быть всё что угодно — и что ценность не в содержимом, а в самом порыве к нему.

Прочесть «Выигрыши» — значит выиграть билет в странный круиз, где комедия незаметно оборачивается притчей, а попутчики оказываются подозрительно похожи на нас самих. И, как всякий настоящий выигрыш у Кортасара, это чтение ничего не гарантирует — кроме одного: после него мир будет выглядеть чуть более загадочным, чуть более ироничным и гораздо более заслуживающим того, чтобы сыграть в него всерьёз.