Дерсу Узала Владимира Арсеньева: пересказ, анализ и смыслы книги

Есть книги, которые читаются как приключенческие романы, но оставляют после себя ощущение, сравнимое с утратой близкого человека. Именно такова книга Владимира Клавдиевича Арсеньева «Дерсу Узала» — произведение, в котором документальная точность путешественника-исследователя соединилась с подлинно литературной силой и глубокой философией взаимоотношений человека и природы. Написанная российским офицером, географом и этнографом по итогам экспедиций по Уссурийскому краю начала XX века, эта книга давно перестала быть просто путевым дневником: она стала классикой мировой литературы, символом дружбы, преодолевшей культурные и сословные границы, и тихим, но настойчивым предупреждением цивилизации, возомнившей себя владычицей природы.

В этой статье мы подробно разберём содержание книги, историю её создания, образы главных героев, ключевые идеи и смыслы, художественные особенности прозы Арсеньева, а также сформулируем практические выводы, которые современный читатель может извлечь из этой, казалось бы, далёкой от нас по времени истории. Разговор будет долгим — но книга того заслуживает.

Об авторе: кто такой Владимир Арсеньев

Владимир Клавдиевич Арсеньев родился в 1872 году в Санкт-Петербурге, в семье железнодорожного служащего. Он окончил военное училище и в 1900 году по собственному прошению был переведён на Дальний Восток — во Владивосток, где служил в охотничьей (то есть стрелковой, действующей в лесистой местности) команде. Именно эта служба определила всю его дальнейшую судьбу: молодому офицеру поручали рекогносцировки и съёмки местности в Уссурийском крае — обширном, почти не изученном регионе между рекой Уссури, Японским морем, китайской границей и Приамурьем.

Арсеньев оказался редким сочетанием военного топографа, натуралиста и этнографа. Он не просто наносил на карту сопки и реки — он с одинаковым интересом наблюдал следы зверей, записывал предания удэгейцев, нанайцев и орочей, изучал их хозяйственные привычки, собирал коллекции для музеев. Позднее он совершил более десятка экспедиций по Сихотэ-Алиню, Приамурью, Камчатке и Чукотке, внёс серьёзный вклад в географию и этнографию Дальнего Востока, стал директором Хабаровского музея, написал множество научных трудов и популярных книг.

Однако бессмертие в культуре ему принесла не научная карьера, а встреча, произошедшая летом 1906 года в уссурийской тайге, и две книги, выросшие из этой встречи: «По Уссурийскому краю» (1921) и «Дерсу Узала» (1923). Арсеньев умер в 1930 году во Владивостоке, но его книги переиздаются и переводятся до сих пор, а судьба его литературного героя стала частью мирового культурного наследия — во многом благодаря фильму Акиры Куросавы.

История создания книги

Основой для книг Арсеньева послужили три экспедиции: 1902 года (район Сихотэ-Алиня и побережья до бухты Ольга), 1906 года (бассейн реки Иман и горы Сихотэ-Алинь) и 1907 года (маршрут от Ольги к Хабаровску через верховья рек Лефу, Даубихе и Уссури). Дневниковые записи этих походов Арсеньев перерабатывал более десяти лет. Сначала на страницах дальневосточной периодики появились очерки, затем, в 1921 году, вышла книга «По Уссурийскому краю», охватывающая походы 1902 и 1906 годов. В 1923 году во Владивостоке была издана книга «Дерсу Узала», посвящённая экспедиции 1907 года.

Важно понимать жанровую природу этих произведений. Это не вымысел и не роман в строгом смысле слова. Арсеньев писал документально-художественную прозу: в основе лежат реальные маршруты, реальные люди, реальные события, зафиксированные в полевых дневниках. Но автор сознательно использовал приёмы художественной литературы — композицию, диалоги, психологические портреты, образный язык описаний природы. В советское время обе книги многократно переиздавались как единое целое, и в массовом сознании «Дерсу Узала» воспринимается как одна книга о двух походах и об одном удивительном человеке.

Фигура Дерсу Узала — не литературная маска и не собирательный образ. Это реальный нанайский (гольдский) охотник Дерчу Одзял, которого Арсеньев встретил в июле 1906 года на реке Иман. Между офицером русской армии, выпускником военного училища, и старым таёжным охотником, не знавшим грамоты, возникла дружба, продолжавшаяся около двух лет и трагически оборвавшаяся в марте 1908 года. Именно память об этой дружбе и продиктовала Арсеньеву его главную книгу.

Завязка: встреча на Имане

Повествование книги «По Уссурийскому краю» начинается с экспедиции 1902 года: молодой начальник охотничьей команды Арсеньев с небольшим отрядом солдат исследует южную часть Сихотэ-Алиня — долины рек, прибрежные хребты, перевалы. Читатель знакомится с суровым бытом полевой работы: марши по звериным тропам, переправы, ночёвки у костра, комары, дожди, туманы, риск заблудиться. Уже здесь проявляется главная черта арсеньевской прозы — внимание к детали и уважение к тайге как к живому организму, а не как к «зелёному морю» на карте.

Но подлинное сердце книги — встреча, произошедшая летом 1906 года. Отряд Арсеньева, обследовавший бассейн реки Иман, разбил лагерь у слияния с горной речкой. Вечером к костру вышел маленький сухощавый старик-таёжник с винтовкой на плече и котомкой за спиной. Это был Дерсу Узала — нанаец по происхождению, бродячий охотник, вся семья которого погибла от оспы и тифа много лет назад и который с тех пор жил один в тайге, переходя с реки на реку.

Первое, что поразило Арсеньева в Дерсу, — его удивительная наблюдательность и способность читать тайгу как открытую книгу. Старик по примятой траве, сломанным веткам, следам на песке и поведению птиц определил, что недавно здесь прошёл большой отряд с винтовками и лошадьми; по обугленным головням и остаткам золы он мог сказать, сколько дней назад здесь ночевали люди и сколько их было. Арсеньев предложил Дерсу стать проводником отряда, и тот согласился. Так началась дружба, которой суждено было стать одной из самых известных в русской литературе.

Кто такой Дерсу Узала: портрет героя

Дерсу предстаёт в книге человеком примерно пятидесяти трёх лет (он родился около 1849 года), невысокого роста, крепко сложенным, с обветренным тёмным лицом, тронутым оспинами, и седой бородой. Он носит старую китайскую куртку, домотканые штаны, обувь из рыбьей кожи, а из имущества у него — винтовка, нож, котомка с припасами и огниво. Он беден, одинок, не имеет ни дома, ни семьи, ни имущества в нашем понимании — и при этом внутренне совершенно свободен.

Дерсу неграмотен, он никогда не жил в городе, его русский язык ломаный и уморительно трогательный одновременно («Как можно тайгу ночью ходи? Ночь его шибко худо понимай. Однако моя ходи»). Но за этой внешней простотой скрывается целостное мировоззрение, глубокая практическая мудрость и нравственная система, которая по своей чистоте превосходит мораль многих «цивилизованных» людей.

Ключевая черта Дерсу — его анимистическое восприятие мира. Для него всё вокруг одушевлено: солнце — «самый главный человек», огонь, вода, ветер, лес, звери, горы — все они «люди», только иные. Отсюда — не страх перед природой и не стремление её покорить, а отношение к ней как к сообществу живых существ, с которыми надо считаться, договариваться и которым нельзя наносить напрасного вреда. Знаменитая сцена, в которой Дерсу бранит огонь, а затем извиняется перед ним, или его спор с тигром, которого он называет «Амба» (злой дух, большой тигр), показывают не наивность дикаря, а иную, экологичную по своей сути картину мира.

Три категории людей в философии Дерсу

Дерсу делит всех людей на три разряда: «хорошие люди», «худые люди» и «слабые люди» (то есть ни те ни другие, просто маленькие, беспомощные). Сам он убеждён, что он и Арсеньев — хорошие люди, а значит, им суждено было встретиться. Эта незатейливая классификация оказывается на поверку глубже многих философских систем: она оценивает человека не по происхождению, богатству или образованию, а по тому, как он ведёт себя с другими живыми существами — с людьми, со зверями, с лесом.

Скромность и бескорыстие

Отдельно Арсеньев подчёркивает поразительное бескорыстие Дерсу. За проводничество и охоту старик получал плату, но деньги ему были почти не нужны — он тратил их на порох и свинец, а остальное раздавал или терял. Он отказывается от любых подарков сверх меры, смущается похвалы и никогда не требует благодарности за свои подвиги, которых в книге будет немало. Когда Арсеньев в знак признательности хочет вручить ему серебряную медаль или деньги, Дерсу принимает их лишь потому, что обидеть друга отказом — хуже.

Сюжетная линия: экспедиции и ключевые эпизоды

Спасение на реке Иман

Один из самых напряжённых эпизодов книги «По Уссурийскому краю» — сплав отряда на плотах по горной реке Иман. Во время бурного сплава плот Арсеньева налетает на камень, исследователь оказывается в ледяной воде, а затем — на стремнине, цепляясь за заломы и камни, выбиваясь из сил. Отряд не может прийти на помощь: течение слишком быстрое. И тогда Дерсу, рискуя собственной жизнью, совершает невозможное — он сплавляется ниже по течению, оказывается на нужном берегу раньше Арсеньева и вытаскивает его из воды. По словам самого Арсеньева, не будь рядом Дерсу, экспедиция потеряла бы начальника в первый же серьёзный день сплава.

Тайга как школа выживания

Через всю книгу проходит линия «уроков Дерсу». Арсеньев — образованный офицер, владеющий топографией, астрономией, метеорологией, — снова и снова убеждается, что старый охотник знает тайгу лучше любой науки. Дерсу определяет приближение ненастья по поведению птиц и насекомых; находит воду там, где отряд готов умереть от жажды; устраивает ночёвки так, что люди не замерзают; по звукам, запахам и едва заметным следам восстанавливает полную картину происходящего в лесу. Он учит солдат не паниковать, не стрелять зря, не ссориться с огнём и водой, не кричать в тайге.

Ледяная ночь и соломенная хижина

Кульминационный эпизод первой книги — ночёвка отряда поздней осенью высоко в горах. Люди, застигнутые морозом и ветром, оказываются без спичек, в промокшей одежде, вдали от жилья. По всем «цивилизованным» меркам отряд обречён на гибель или тяжелейшие обморожения. И снова спасает Дерсу: он в одиночку, голыми руками и ножом, заготавливает траву и строит нечто вроде шалаша-копны, внутрь которой набивается весь отряд. Тепло человеческих тел в травяном коконе позволяет пережить страшную ночь. Утром выясняется, что сам Дерсу получил серьёзные обморожения — он отдавал свою одежду и силы другим.

Амба — человек и тигр

Сквозной мотив обеих книг — противостояние с тигром, которого Дерсу называет Амба. Тигр-людоед следует за отрядом, пожирает собак, подходит к самому лагерю. Дерсу не испытывает суеверного ужаса, но и не проявляет бравады: он относится к тигру как к равному и страшному противнику, «худому человеку» тайги, с которым можно столкнуться один на один. В одной из сцен Арсеньев стреляет в тигра, и Дерсу потом долго упрекает его: убить зверя, не съев его и не пустив мясо в дело, — значит совершить напрасное убийство, оскорбление леса. Для охотника-анимиста смерть животного должна быть оправдана, а не случайна.

Экспедиция 1907 года: книга «Дерсу Узала»

Вторая книга посвящена маршруту от бухты Ольга к Хабаровску через малоисследованные горные районы. Это уже зрелый Арсеньев, опытный начальник экспедиции, и Дерсу рядом с ним — не просто проводник, а признанный член команды, всеобщий любимец, наставник солдат. В этом походе происходят новые испытания: переходы через заснеженные хребты, встречи с хунхузами (вооружёнными разбойниками), переправы, голод, болезни. Дерсу по-прежнему незаменим: он выслеживает оленей, добывает пищу для отряда, лечит людей травами и наговорами (Арсеньев снисходительно фиксирует и это), предсказывает погоду.

В книге «Дерсу Узала» особенно сильно звучит этнографическая линия: описания жизни удэгейцев, таза, китайцев-переселенцев, староверов и казаков, населяющих Уссурийский край. Арсеньев фиксирует уклад, который стремительно исчезает под натиском переселенцев, лесопромышленников и золотодобытчиков. Тайга вырубают, зверя выбивают, реки мутнеют от промывки золота. Дерсу на глазах у читателя становится последним представителем уходящего мира — и сам Арсеньев это остро чувствует.

Слепота Дерсу

Ближе к концу экспедиции 1907 года происходит несчастье: у Дерсу резко слабеет зрение. Старый охотник подслеповат и раньше — сказываются возраст, постоянный дым костров, многолетние переходы под ярким солнцем и снегом, — но теперь он слепнет стремительно. Возможно, свою роль сыграла болезнь. Для таёжного охотника потеря зрения — это не инвалидность в обычном смысле, это конец существования: слепой человек в тайге не может ходить, охотиться, читать следы — он обречён.

Дерсу начинает понимать, что его жизнь в тайге окончена. Арсеньев, не в силах просто отпустить друга, уговаривает его поехать с ним в Хабаровск — жить у него в доме. И здесь книга делает свой самый горький поворот.

Финал: Дерсу в городе и трагедия у Корфовской

Городские главы — самые печные в книге. Дерсу поселяют в доме Арсеньева, его лечат, кормят, окружают заботой. Но он задыхается. Ему нельзя развести костёр в комнате — дым; ему нельзя стрелять в городе — запрет; ему некуда идти, нечего выслеживать, нечем дышать. Привыкший к полной свободе человек оказывается в четырёх стенах, и эта «забота» мучительнее любой болезни. Знаменитая сцена: Дерсу просит разрешения выйти «погулять» и уходит в окрестности Хабаровска, а потом возвращается с охапкой дров — он не может сидеть без дела, его руки ищут работу, которую understands только он сам.

В конце концов Дерсу принимает решение вернуться в тайгу — туда, где прошла вся его жизнь. Арсеньев понимает, что отпускает друга на верную гибель: слепой старик не выживет в лесу. Но удерживать Дерсу силой — значит предать всё, что в нём есть. Весной 1908 года Арсеньев снаряжает друга в обратный путь, покупает ему новую винтовку, даёт денег, провожает до станции Корфовская недалеко от Хабаровска. Дерсу обещает прислать письмо — через знакомых, ведь сам он писать не умеет.

Письмо так и не приходит. Осенью 1908 года Арсеньев получает известие: недалеко от станции Корфовская найден убитый старик-таёжник. Это был Дерсу Узала. Его застрелили из-за винтовки — случайные люди, которым приглянулось хорошее оружие. Убийц не нашли. Человека, который дважды спасал жизнь начальнику экспедиции и десяткам солдат, который делился последним куском и последним глотком воды, убили за винтовку у железной дороги, проложенной через его тайгу.

Арсеньев описывает опознание сдержанно, почти протокольно — и именно эта сдержанность производит сокрушительное впечатление. Книга заканчивается не пафосным надгробным словом, а тихой констатацией: Дерсу больше нет, а тайга продолжает жить своей жизнью.

Ключевые идеи и смыслы книги

Человек и природа: две модели отношений

Центральная философская тема книги — противопоставление двух способов бытия человека в мире. Арсеньев и его солдаты приходят в тайгу как представители цивилизации: с картами, инструментами, оружием, планами, стремлением описать, измерить и подчинить. Дерсу живёт внутри тайги как её часть: он не покоряет природу, а договаривается с ней, берёт у неё ровно столько, сколько нужно, и никогда не убивает напрасно.

При этом Арсеньев далёк от наивной идеализации. Он — человек науки, и он честно фиксирует, где знания Дерсу подтвердились, а где оказались суеверием. Но главный вывод его книги не в этом: наука и таёжная мудрость не отменяют друг друга, они дополняют друг друга. А вот модель «природа как склад ресурсов», которую несут с собой переселенцы и промышленники, ведёт к опустошению — и экологическому, и нравственному. Сегодня, в эпоху экологических кризисов, эта мысль звучит поразительно современно.

Дружба поверх границ

Вторая великая тема — дружба между людьми, которых разделяет буквально всё: происхождение, язык, образование, религия, социальный статус, возраст, культура. Полковник (позднее — подполковник) русской армии и бродячий охотник-инородец становятся не «барином и туземцем», а равными друзьями. Арсеньев подчёркивает: Дерсу никогда не заискивал и не терял достоинства, а сам исследователь никогда не смотрел на друга сверху вниз. Их отношения построены на взаимном уважении и взаимном долге: Дерсу спасает Арсеньева на реке и в горах, Арсеньев лечит Дерсу, заботится о нём и, в конечном счёте, сохраняет его память.

Это тихий, но мощный гуманистический манифест. В начале XX века, в разгар колониальной эпохи, когда «туземцев» повсеместно считали людьми второго сорта, книга Арсеньева утверждала обратное: нравственное величие человека никак не связано с его «цивилизованностью».

Память и уходящий мир

Третья тема — elegия об исчезающем. Арсеньев понимал, что описывает конец целого мира: кочевой жизни таёжных охотников, первозданной уссурийской тайги, уклада коренных народов. Железная дорога, вырубки, золотопромышленники, переселенцы неудержимо меняют край. Дерсу в этой символике — последний человек старого мира, и его гибель от руки случайного убийцы у железнодорожной станции — почти притча о столкновении двух эпох. Книга Арсеньева становится памятником и Дерсу, и всей уходящей культуре таёжных народов.

Нравственный закон внутри

Наконец, книга задаёт вопрос о природе нравственности. Дерсу не читал ни одного морального кодекса, он не был крещён, он едва говорит по-русски. Но он никогда не лжёт ради выгоды, не бросает товарища, не берёт чужого, не убивает зря. Его этика выведена прямо из жизни в природе: тайга наказывает за жадность, за напрасную жестокость, за неуважение к огню и воде — а значит, и к людям. Арсеньев не случайно заставляет своего героя-рассказчика признать: у этого «неграмотного дикаря» он, офицер с двумя образованиями, учился порядочности.

Художественные особенности прозы Арсеньева

С литературной точки зрения проза Арсеньева занимает особое место между документом и художественным повествованием. Её отличительные черты:

• Точность наблюдений натуралиста. Описания флоры и фауны Уссурийского края — кедра, лиан, амурского тигра, гималайского медведя, кабана, изюбря — даны с такой достоверностью, что книги Арсеньева до сих пор используют как источник по природе Дальнего Востока начала XX века.
• Живые диалоги. Речь Дерсу передана с сохранением его ломаного русского языка, и это не стилизация «снизу», а бережная фиксация подлинной речи, полной образности и своеобразной поэзии.
• Динамичная композиция. Каждая глава — законченный эпизод: переход, переправа, охота, встреча с людьми, опасность, спасение. Книга читается как приключенческий роман, хотя все её события документальны.
• Сдержанный лиризм. Арсеньев редко позволяет себе прямые эмоциональные оценки, но за простыми фразами — глубокое чувство. Финальные строки о гибели Дерсу тем сильнее, чем суше они написаны.
• Этнографическая щедрость. Описания быта нанайцев, удэгейцев, тазов, китайских фанз, охотничьих промыслов, шаманских обрядов и поверий делают книгу ценным историческим источником.

Многие исследователи отмечают родство прозы Арсеньева с традицией Джека Лондона и Джеймса Купера — но при одном существенном отличии: у Арсеньева нет романтизации борьбы человека против природы. Его идеал — не покорение, а гармония.

Наследие: фильм Куросавы и мировая слава

В 1975 году японский режиссёр Акира Куросава снял по мотивам книг Арсеньева советско-японский фильм «Дерсу Узала». Роль Дерсу исполнил якутский актёр Максим Мунзук, Арсеньева сыграл Юрий Соломин. Фильм стал событием мирового кино: он получил премию «Оскар» как лучший иностранный фильм, главный приз Московского международного кинофестиваля и множество других наград. Именно картина Куросавы вернула книгу Арсеньева массовому читателю и сделала образ Дерсу всемирно известным.

Куросава бережно перенёс на экран ключевые сцены книги — знакомство у костра, спасение на реке, ледяную ночь в травяном укрытии, ослепление и городскую тоску Дерсу, финал у станции. Фильм и книга дополняют друг друга: если текст Арсеньева даёт этнографическую глубину и внутренний монолог рассказчика, то фильм — потрясающие по красоте пейзажи уссурийской тайги и лицо Максима Мунзука, ставшее для миллионов зрителей каноническим обликом Дерсу.

Сегодня именем Дерсу Узала названы населённый пункт в Приморье, улицы, перевалы, природные объекты; книги Арсеньева переведены на десятки языков и входят в школьное чтение в России. Памятник Владимиру Арсеньеву установлен во Владивостоке, а его наследие стало предметом серьёзного академического изучения — в 2010–2020-е годы вышли новые издания его трудов, включая ранее не публиковавшиеся дневники и письма, уточняющие детали биографии Дерсу.

Практические выводы: чему книга учит современного читателя

Книга «Дерсу Узала» — не только литература и не только история. Это учебник жизни, из которого можно извлечь вполне прикладные уроки:

1. Наблюдательность — навык, который можно и нужно развивать. Дерсу читал тайгу по едва заметным знакам: сломанной ветке, следу на глине, крику птицы. Современный человек, привыкший к экранам, почти разучился замечать мир вокруг. Практика осознанного наблюдения — на прогулке, в парке, в поездке — возвращает ту самую «грамотность чтения природы», которой владел Дерсу.
2. Уважение к природе — не сентиментальность, а условие выживания. Правило Дерсу «не убивай зря, не бери лишнего» — это, по сути, принцип устойчивого развития, сформулированный за сто лет до появления самого термина.
3. Настоящая дружба строится на деле, а не на словах. Отношения Арсеньева и Дерсу выросли из взаимопомощи в экстремальных ситуациях. Доверие зарабатывается поступками: разделённым куском хлеба, риском ради другого, верностью данному слову.
4. Достоинство не зависит от положения. Дерсу — бедный неграмотный бродяга — сохранил внутреннюю свободу и благородство, которых не хватало многим «цивилизованным» персонажам книги. Это вечный урок о том, что человека определяет не статус, а характер.
5. Разные знания дополняют друг друга. Сотрудничество учёного-офицера и таёжного охотника показывает: системное книжное знание и практический опыт не конкурируют, а умножают друг друга. В любой команде ценны и «Арсеньев», и «Дерсу».
6. Берегите близких вовремя. Главная печаль книги — Арсеньев не смог уберечь друга. Мысль о том, что забота о близких не должна откладываться «до лучших времён», звучит из каждой страницы финальных глав.
7. Записывайте и сохраняйте. Если бы Арсеньев не вёл дневники и не написал книги, Дерсу растворился бы в истории безымянной жертвой случайного убийства. Литература и память — способ победить забвение.

Кому и как читать книгу сегодня

«Дерсу Узала» адресована практически любому читателю старше двенадцати лет. Подростки найдут в ней приключения: походы, опасности, охоту, переправы, схватку с тигром и хунхузами. Взрослые читатели увидят философскую глубину, этнографическую ценность и трагедию столкновения культур. Любителям природы книга заменит десятки путеводителей по Дальнему Востоку столетней давности, а педагогам и родителям даст редкий сегодня пример литературы о настоящей мужской дружбе без насилия ради насилия и без упрощённых моральных схем.

Читать лучше обе книги подряд — «По Уссурийскому краю» и «Дерсу Узала», — поскольку вместе они образуют единое повествование: от первой встречи до последней разлуки. Полезно дополнить чтение просмотром фильма Куросавы — сначала книга, потом фильм, чтобы сравнить интонации и увидеть, как литература претворяется в кино. А если есть возможность — прогуляться с книгой по настоящему лесу: немногие тексты так сильно выигрывают от чтения на природе, как проза Арсеньева.

Заключение: почему эту книгу важно помнить

В истории литературы немного произведений, созданных не профессиональными писателями, но переживших своих авторов на века. «Дерсу Узала» — из их числа. Владимир Арсеньев не стремился писать великую книгу: он хотел сохранить память о друге и рассказать правду о крае, который полюбил всей жизнью. Получилось нечто большее — универсальная притча о том, каким может быть человек: наблюдательным, как Дерсу, читающий следы на снегу; свободным, как Дерсу, не знающий ни начальников, ни имущества; добрым, как Дерсу, извиняющийся перед огнём и не убивающий зря; и верным, как Арсеньев, пронёсший память о друге через всю жизнь.

Гибель Дерсу Узала у станции Корфовская — не просто печальный финал биографии. Это предупреждение миру, который строит железные дороги через чужие священные леса и стреляет в стариков из-за винтовки. И одновременно это напоминание: пока существуют книги, память сильнее смерти. Арсеньев поставил своему другу лучший памятник из возможных — книгу, которую через сто с лишним лет читают на десятках языков, и мальчишки во всех странах мира, закрывая последнюю страницу, испытывают то же, что испытали когда-то солдаты экспедиционного отряда у могилы старого охотника: светлую, очищающую грусть и твёрдое намерение быть достойным такой дружбы.

«Дерсу Узала» — книга о тайге, которая живёт внутри каждого из нас, о друге, которого мы ищем всю жизнь, и о природе, которую мы обязаны беречь, пока ещё не поздно. Читайте её — и перечитывайте. Она того стоит.