«Мопра» Жорж Санд — краткое содержание и анализ романа
Роман «Мопра» (Mauprat), опубликованный в 1837 году, занимает особое место в творчестве Жорж Санд. Сама писательница определила жанр произведения скромно — «рассказ о любви» (histoire d’amour), однако за этой лаконичной формулировкой скрывается один из самых значительных и философски насыщенных текстов французской литературы 1830-х годов. Это одновременно и авантюрный роман в духе Вальтера Скотта, и роман воспитания в духе Руссо, и трактат о природе человеческого существа, и манифест раннего феминизма, и размышление о законе, справедливости и социальной природе насилия. Действие разворачивается в хорошо знакомой писательнице провинции Берри, в канун и в первые годы Великой французской революции.
«Мопра» принято считать поворотной точкой в творчестве Санд: после «Индианы» и «Лелии», где доминировали темы женской страсти и романтического бунта, писательница обращается к социальной утопии и вопросам народного образования — во многом под влиянием философа-сенсимониста Пьера Леру, с которым она дружила именно в этот период. Роман написан от первого лица: пожилой Бернар Мопра рассказывает молодому доктору историю своей жизни, и эта рамка придаёт повествованию интонацию исповеди, философского самоотчёта человека, прошедшего путь от дикаря до просвещённого гражданина.
Исторический и биографический контекст
Чтобы понять «Мопра», важно помнить, в какую эпоху книга создавалась. 1830-е годы во Франции — время бурных социальных дискуссий после Июльской революции 1830 года: сенсимонизм, фурьеризм, ранние социалистические учения, споры о собственности, о праве, о положении женщины. Жорж Санд, урождённая Аврора Дюпен, выросла в Ноане, в самом сердце Берри, среди крестьян и мелкопоместного дворянства; её бабушка была владелицей небольшого имения, и писательница знала народную жизнь не по книгам. Ландшафты Берри — Валь-Ноир, «Чёрная долина», — стали местом действия почти всех её романов, и «Мопра» не исключение.
Второй важный контекст — Жан-Жак Руссо. Роман прямо полемизирует с ним и одновременно продолжает его идеи. Один из центральных персонажей, крестьянин-философ Патъенс, — живой носитель руссоистской мечты о «естественном человеке»; но Санд показывает, что чистая природа без воспитания, без культуры и без любви — это не рай, а скорее звериная жестокость. Её Бернар Мопра — «естественный человек», выросший вне всякой школы, — оказывается чудовищем, и спасти его могут только терпеливое воспитание и женщина, которая полюбит его. В этом смысле «Мопра» — это роман о том, что природа нейтральна: она даёт материал, а человека делает среда, образование и любовь.
Два рода Мопра: завязка конфликта
Повествование открывается картиной, которую рассказчик считает ключом ко всей своей судьбе. В Берри издревле жили две ветви рода Мопра, происходившие от общего предка — разбойника Ги Мопра, который, по семейной легенде, разбогател грабежом и купил замок Ла-Рош-Мопра. Первая ветвь — Мопра из Ла-Роша, прозванные в народе «Перерезанными» (или «Обрубленными», Les Écorcheurs, «живодёры») за свирепость и склонность к насилию. Во главе их стоит Антуан Мопра, глубокий старик, последний владелец замка, человек грубый, мстительный, живущий по праву сильного. Он окружён своими сыновьями — такими же дикарями, пьяницами и браконьерами, наводящими ужас на округу.
Вторая ветвь — Мопра из Сент-Севера. Её представитель Юбер Мопра — полная противоположность кузену: просвещённый дворянин, мягкий, добрый, сочувствующий новым идеям, человек чести в полном смысле слова. Он живёт в достатке, но без роскоши, воспитывает единственную дочь Эдме, которую любит безмерно. Обе ветви ненавидят друг друга: Антуан считает Юбера предателем рода, «философом», разрушителем дворянской чести; Юбер же избегает родни и боится её зверств.
Именно в этом родовом расколе заложен весь будущий сюжет. Бернар Мопра, от лица которого ведётся рассказ, — внук Антуана. Он рано осиротел (его мать умерла при родах, отец погиб на дуэли), и его воспитанием занялся дед — по-своему, то есть никак. Мальчик рос в Ла-Роше среди дядьев-живодёров, перенимая их нравы: дрался, воровал, издевался над слабыми, не знал ни грамоты, ни жалости. К семнадцати годам он вырос сильным, ловким, красивым и абсолютно необузданным существом, в котором, однако, теплилось смутное благородство — то самое «доброе семя», которое позже прорастёт.
Встреча с Эдме: сцена, определившая судьбу
Кульминация первой части романа — знаменитая сцена в лесу. Юбер Мопра с дочерью и свитой охотится в окрестностях Ла-Роша, нарушив негласный запрет Антуана. Шестнадцатилетняя Эдме — гордая, умная, прекрасная девушка с горячим сердцем и независимым характером — отделяется от свиты и оказывается в руках дядьев Бернара. Те собираются надругаться над ней и убить: для живодёров нет большей радости, чем отомстить ненавистному Юберу через его дочь. Эдме в ужасе, но не теряет присутствия духа.
Бернар, наблюдавший сцену, неожиданно для себя вступает в схватку с собственными дядьями и освобождает девушку. Этим поступком движет не добродетель — её у Бернара пока нет, — а смутное чувство рыцарства, отвращение к низости и впервые проснувшаяся жалость. По дороге Бернар, всё ещё полудикий, говорит Эдме грубые слова о своей любви и о том, что она теперь принадлежит ему. И здесь проявляется гений героини: Эдме, поняв, с кем имеет дело, не отталкивает юношу, а начинает его «приручать». Она обращается к его самолюбию и к зачаткам чести в нём, она внушает ему, что благородный человек не может говорить о любви как о праве сильного. Бернар клянётся ей, что будет достоин её, — и эта клятва становится началом его человеческого рождения.
Критики не случайно называют Эдме одной из самых сильных героинь Санд. В эпоху, когда женщина в литературе была либо жертвой, либо соблазнительницей, Эдме — деятельная, мыслящая, смелая. Она сама выбирает свою судьбу, сама «лепит» возлюбленного, и в этом — первый феминистский жест романа. Санд устами Эдме прямо говорит о праве женщины на образование, на самостоятельность, на участие в общественной жизни.
Воспитание Бернара: Патъенс, Обер, Юбер
Вернувшись в Ла-Рош, Бернар впервые чувствует невозможность жить прежней жизнью. Сцена его окончательного разрыва с роднёй — одна из сильнейших в книге: Антуан требует от внука участвовать в разбойничьем налёте, дядья издеваются над ним, и Бернар, избитый и униженный, навсегда покидает замок. Он уходит в лес, где встречает Патъенса.
Патъенс — фигура, вокруг которой строится вся философская ткань романа. Это старый крестьянин, «терпеливый» (само его имя означает «терпение»), батрак, которого деревенские считают то ли колдуном, то ли святым. Он научился читать по единственной книге — сочинениям Руссо, — и стал стихийным философом: мечтает о равенстве, о золотом веке, когда земля будет принадлежать всем, презирает богатых и втайне надеется на грядущее великое переустройство мира. При этом Патъенс беден, горд, одинок и, по собственному признанию, лишён способности к практической деятельности — его философия прекрасна, но бесплодна. Санд устами своего героя-рассказчика выносит Патъенсу мягкий, но определённый приговор: одного понимания истины мало, нужна воля, действие, труд. «Естественный человек» Руссо в исполнении Патъенса — не спасение, а тупик: добрый, но бессильный.
Патъенс приводит Бернара к Юберу Мопра в Сент-Север. Здесь начинается долгая и мучительная работа по превращению дикаря в человека. Юбер, сам человек просвещённый, берёт юношу под опеку, но главное — Эдме и её наставник, священник Обер, становятся его учителями. Обер — второй философ романа, антипод Патъенса. Он тоже человек передовых взглядов, тоже читает Руссо, но он священник, человек дела и терпеливой любви к ближнему. Его христианский гуманизм, соединённый с просветительским разумом, оказывается действеннее деревенского стоицизма Патъенса. Бернар учится читать, писать, изучает историю, знакомится с идеями века — и всё это даётся ему с трудом: натура его сопротивляется, дикая кровь Мопра-живодёра то и дело вскипает в приступах гнева, гордости и ревности.
Отдельная сюжетная линия — соперничество Бернара с шевалье де Ла Маршем, блестящим дворянином, женихом Эдме, которого прочит ей Юбер. Бернар, движимый ревностью и обидой, вызывает Ла Марша на дуэль, тяжело ранит его и вынужден бежать. Некоторое время он скитается с меланхоличным охотником Маркассом — ещё одним колоритным персонажем романа, человеком с разбитым сердцем, нашедшим утешение в соколиной охоте. Но постепенно Бернар понимает, что путь насилия ведёт его назад, к живодёрам, и возвращается в Сент-Север, чтобы продолжить своё преображение.
Революция и преступление живодёров
Вторая половина романа разворачивается на фоне надвигающейся революции. Наступает 1789 год; Патъенс, чьи пророчества сбываются, становится в деревне почти пророком, крестьяне выбирают его своим представителем. Антуан и его сыновья, чувствуя, что старый мир рушится, озлобляются: они задумывают погубить Юбера и Эдме, чтобы завладеть их состоянием и отомстить за «предательство» Бернара. Злодейство живодёров — движущая сила финальной интриги.
Кульминация — покушение на Эдме. Однажды вечером, когда девушка возвращается в сопровождении Бернара, из темноты гремит выстрел, и Эдме, смертельно раненная в грудь, падает. Все подозрения — по искусной интриге Антуана — падают на Бернара: ведь у него был мотив (Юбер запретил ему думать об Эдме), ведь он Мопра-живодёр по крови, ведь его видели на месте преступления. Бернара арестовывают, и он попадает в тюрьму — сначала провинциальную, затем парижскую, где его ждёт суд. Эдме между тем выживает: пуля не задела сердца, и, придя в себя, она с ужасом узнаёт, что человек, которого она любит, обвиняется в покушении на её жизнь.
Судебный процесс — одна из лучших частей романа, написанная с настоящим драматическим напряжением. Бернар, гордый и озлобленный, поначалу отказывается защищаться: ему кажется, что сама Эдме верит в его виновность, и тогда жизнь ему не нужна. Но в решающий момент в зале суда появляется бледная, едва стоящая на ногах Эдме, которую привёз Патъенс. Она свидетельствует в защиту Бернара. Патъенс даёт показания о приготовлениях живодёров. И в этот момент происходит развязка: старый Антуан Мопра, изобличённый, потрясённый тем, что его жертвы живы, а его род уничтожен правосудием, получает удар и умирает, успев, по некоторым толкованиям, произнести слова раскаяния. Его сыновья — кто погибает, кто бесследно исчезает; род живодёров, терроризировавший округу полвека, перестаёт существовать. Так Санд решает один из главных вопросов романа: зло, основанное на праве сильного, в конечном счёте пожирает само себя, а закон и справедливость — пусть несовершенные — оказываются сильнее ножа и ружья.
Финал: любовь как награда за труд над собой
Бернар оправдан, но роман не заканчивается немедленным торжеством. Эдме, по своему обыкновению поступать обдуманно, назначает срок: год траура и испытания, в течение которого Бернар должен служить новому порядку вещей — идёт 1789–1790 год, и он вступает в ряды тех, кто строит новую Францию. Лишь пройдя это испытание, доказав, что его преображение не было порывом страсти, он получает руку Эдме. Роман завершается идиллией в Сент-Севере: Бернар и Эдме женаты, у них растут дети, старый Юбер доживает свой век в мире, Патъенс — до самой смерти желанный гость в их доме, друг семьи, философ, чьи мечты о справедливости начали сбываться при его жизни. Последняя фраза Бернара-рассказчика обращена к молодому слушателю: история его жизни — это урок о том, что человека делает не порода и не происхождение, а воспитание, труд и любовь.
Главные темы и идеи романа
1. Природа и воспитание
Центральный вопрос книги: что делает человека человеком? Санд даёт ответ, полемизируя и с Руссо, и с фатализмом. Бернар рождён с дурной наследственностью и воспитан в зверстве — по всем «научным» меркам своего времени он обречён остаться живодёром. Но в нём есть задатки: гордость, способная обернуться честью; сила, способная стать защитой; страсть, способная стать любовью. Эти задатки прорастают благодаря трём силам: образованию (Обер), доброму примеру (Юбер) и любви-требованию (Эдме). Санд утверждает: дурное не наследственно, оно социально; зло — продукт среды, а значит, среда способна его и излечить. Это оптимистическая, глубоко просветительская позиция, предвосхищающая более поздние социально-педагогические романы.
2. Право сильного против закона и справедливости
Замок Ла-Рош — символ феодального произвола: там царит право сильного, там насмехаются над законом, там убийство — способ решения споров. Антуан Мопра — воплощение умирающего мира, который отказывается умирать добровольно. Суд над Бернаром — это столкновение двух представлений о справедливости: архаического (виноват по крови, по роду) и нового (виновность доказывается, обвиняемый имеет право на защиту). Санд, жившая в эпоху, когда суд ещё не знал презумпции невиновности в современном смысле, сознательно делает судебные сцены рупором своих идей о праве. Показательно, что Патъенс — крестьянин, всю жизнь презиравший «господские» законы, — в решающий момент выступает в суде и помогает спасти невинного: революция в романе — это не отмена закона, а превращение его из орудия сильных в орудие правды.
3. Женский вопрос
Эдме де Мопра — одна из первых в европейской литературе героинь, которая не просто выбирает между двумя мужчинами, а активно формирует свою жизнь и жизнь избранника. Она требует образования («меня воспитывали как мужчину», — говорит она с гордостью), она стреляет из пистолета не хуже мужчин, она одна скачет через полстраны, чтобы спасти Бернара, она сама назначает условия их брака. Через Эдме Санд заявляет: женщина — не «ангел в доме» и не жертва, а равный мужчине разумный субъект. Для 1837 года это была смелая декларация, и современники её заметили — роман вызвал споры именно о «неприличной» самостоятельности героини.
4. Революция как нравственное очищение
Санд, внучка аристократки и дочь офицера наполеоновской армии, показывает революцию без страха. Гибель рода живодёров — символическая гибель старого порядка, и роман не оплакивает его. При этом Санд далека от кровавого пафоса: её революция — это победа разума и человечности, а Патъенс, «народный философ», — её идеальное лицо. Писательница верила (в 1837 году — искренне), что 1789 год открыл эпоху, когда достоинство человека перестало зависеть от его рождения.
Художественные особенности
«Мопра» написана в жанре ретроспективной исповеди, что даёт Санд редкую возможность: рассказчик знает финал и может комментировать собственные заблуждения с высоты прожитой жизни. Это придаёт роману философскую глубину и одновременно иронию — молодой Бернар, описываемый стариком Бернаром, часто жалок и смешон в своей дикости.
Язык романа сочетает романтическую образность с точным, почти этнографическим описанием крестьянского быта Берри: охоты с соколами, деревенские суеверия, говоры, обряды. Маркасс с его траурными соколами, Патъенс с его пророчествами у деревенского костра, развалины Ла-Роша, зарастающие вереском, — эти образы остались в истории французской прозы как одни из самых запоминающихся. Пейзаж у Санд — не фон, а действующее лицо: дикие чащи Валь-Нуара соответствуют дикости живодёров, а светлый, ухоженный Сент-Север — просвещённости Юбера.
Структурно роман делится на три части, почти на три «возраста»: дикость (Ла-Рош), переход (скитания, учение), зрелость (испытание, суд, брак). Эта трёхчастность подчёркивает главную мысль — человек есть процесс, становление, а не готовая данность.
Критика и рецепция
Современники встретили роман благосклонно, хотя и с оговорками. Sainte-Beve, друг и вдумчивый критик Санд, отмечал мастерство сюжета, но упрекал писательницу в излишней «системности»: идеи иногда спорят в персонажах слишком прямолинейно. Действительно, Обер и Патъенс местами напоминают олицетворённые тезисы, а монологи о равенстве звучат как страницы из публицистического трактата. Однако сила романа — в Бернаре: живой, противоречивый, то трогательный, то отталкивающий герой вытягивает на себе всю философию.
Позднейшая критика видела в «Мопра» предвестие «социального романа» Санд 1840-х годов («Странствующий подмастерье», «Орас», «Грех господина Антуана»). Ипполит Тэн и последующие историки литературы отмечали, что именно здесь Санд впервые соединила руссоизм, женскую эмансипацию и социальный утопизм в едином сюжете. В XX веке роман читали и как психоаналитический текст (история обуздания инстинктов), и как политический (аллегория перехода Франции от феодализма к гражданскому обществу). Несколько раз книга экранизировывалась — наиболее известен французский телефильм 1972 года.
Практические выводы: чему «Мопра» учит сегодня
Несмотря на почти двухвековую давность, роман остаётся удивительно современным по своим выводам:
- Человек не определяется ни наследственностью, ни происхождением, ни «тяжёлым детством». История Бернара — это опровержение всякого детерминизма: среда калечит, но другая среда и собственная воля способны исцелить.
- Воспитание — это не дрессировка, а пробуждение. Ни Юбер, ни Обер не ломают Бернара; они находят точки опоры в его собственной природе — гордость обращают в честь, силу — в защиту слабых.
- Любовь, требующая от человека стать лучше, — величайшая воспитательная сила. Эдме любит Бернара не таким, каков он есть, а таким, каким он может стать, — и именно эта вера его создаёт.
- Женщина — полноценный субъект собственной жизни. Право на знание, на выбор, на действие не является мужской привилегией; эта идея Санд сегодня банальна, но в 1837 году за неё боролись.
- Насилие и право сильного в конечном счёте саморазрушительны: род живодёров вымирает, а закон — пусть медленный и несовершенный — переживает их.
- Знание без действия бесплодно (Патъенс), действие без знания слепо (молодой Бернар); человеческое достоинство рождается там, где мысль соединяется с волей.
Заключение
«Мопра» — это роман о том, что цивилизация не даётся человеку от рождения: её нужно вырастить в себе, как сад, — упорно, терпеливо, ежедневно. Жорж Санд написала книгу, которая формально принадлежит романтизму, а по существу уже предвосхищает реализм с его интересом к среде и социальным корням человеческого характера. Дикарь Бернар, ставший гражданином; гордая Эдме, не пожелавшая быть ни добычей, ни куклой; Патъенс с его мечтой о справедливости и Обер с его деятельной добротой; мрачный Ла-Рош и светлый Сент-Север — все эти образы складываются в стройную притчу о победе человечности над зверством внутри одного отдельно взятого человека и внутри целой страны.
Читать «Мопра» стоит не только как памятник литературы XIX века. Это книга о том, как трудно и как прекрасно становиться человеком, — вопрос, который каждое поколение задаёт себе заново. И ответ Жорж Санд — терпение, образование, любовь и справедливость — звучит сегодня не менее убедительно, чем в год publication романа.